19:34 

Чтения Адама Смита, часть 3

Алексей Нефедов

Секция 3. Политическая риторика.
9. Екатерина Шульман, колумнист «Ведомостей». Возможности гражданского участия в законотворчестве: инструменты и суррогаты.
Так уж вышло, что с материалами этого доклада я был знаком заранее – из ЖЖ докладчицы. Поэтому конспектировал мало, накидываю своими словами, будет более связно, но менее тезисно.
Сама постановка вопроса о гражданском участии в законотворчестве довольно странна. Если законотворчеством занимается избранный гражданами парламент, то участие граждан как раз и должно сводиться к тому, чтобы избрать в парламент тех, кто будет представлять их интересы. Но в России парламент не представляет интересы весьма значительных категорий граждан. Это стало следствием последовательных корректировок избирательного законодательства, начало которых можно условно приурочить к Беслану. В итоге имеем систему с партийными списками, семипроцентным порогом прохождения, системой преобразования голосов в мандаты, заточенной на максимальную выгоду для партии, получившей большинство – в общем, с такими настройками парламентская культура просто обязана быстро выродиться, ибо если фракция имеет возможность диктовать свою волю, зачем ей соблюдать хоть какие-то приличия.
Итак, парламент не представляет интересы избирателя, а организаторами системы это подспудно осознаётся. Поэтому они раз за разом лепят костыли для того, чтобы обеспечить хоть какую-то обратную связь.
Что ввели:
1. Общественная палата. Выбирает социально значимые законопроекты, проводит их экспертизу, затем эта экспертиза игнорируется парламентом. Треть состава назначается президентом, треть – забыл, кем-то ещё, треть избирается обществом. Недавно эту последнюю треть выбирали интернет-голосованием, не тупыми лайками в фейсбучеке, а стопроцентно идентифицированными учётными записями на госуслугах. И вот, в эту треть полезли люди, которые были правительству нежелательны. Немедленно начинаются какие-то адские накрутки, принудительное голосование каких-то бюджетников – и всё ради чего? Чтобы чисто декоративный орган сохранил полную лояльность?
2. Обращения граждан к депутатам + общественные приёмные депутатов. Вообще-то, к депутатам обращаются преимущественно городские сумасшедшие, поэтому, стоит этим инструментом воспользоваться мало-мальски вменяемому человеку – и он действительно имеет шансы на рассмотрение просьбы – именно в силу редкости и малозначительности усилия. Но – стоило непарламентской оппозиции попытаться использовать этот инструмент по социально значимому поводу – и депутаты с поразительным единодушием напрочь игнорируют эти обращения. Раз их целый шквал, то реагировать нельзя.
3. РОИ. Российская общественная инициатива, roi.ru. Обещанный механизм работы: набираем 100000 голосов под обращением, и оно становится законопроектом, то есть будет рассмотрено парламентом. Когда механизм уже запустили, и всё та же непарламентская оппозиция стала агитировать там за свои идеи, срочно ввели дополнительную степень защиты: обращение попадает не напрямую в парламент, а в правительственную комиссию. То есть исполнительная власть прямо ставится между гражданами и законодательной властью. За три года работы РОИ туда внесено 4300 с копейками предложения. Комиссия рассмотрела 11 предложений. Абсолютно все предложения, набравшие 100000 голосов, комиссией отвергнуты. Принимаемые же предложения набрали максимум 70 тысяч голосов, минимум – 2 голоса (причём 3 голоса – против). Единственный пример, когда к голосу широкой общественности прислушались – по порогу, после которого будет взыматься пошлина с зарубежных посылок, не ввели-таки 150 евро, пошёл процесс торговли, вроде обещают 500.
4. regulation.gov.ru – сайт с совершенно отвратительным интерфейсом, но содержащий полную информацию о всех законопроектах, разрабатываемых правительством, сиречь исполнительной властью, начиная с самых ранних стадий. Такой вот осколок медведевской эпохи: полная транспарентность при полном отсутствии публичности. Это как рассматривать муравейник в разрезе через стекло: видно любое копошение, но нет никакой коммуникации с муравьями. Как пользуются сайтом? Находят там ужас-ужас и поднимают шум в СМИ и соцсетях. Есть шанс, что ужас-ужас в итоге в думу просто не поступит. Пример – готовили законопроект о том, чтобы не регистрировать детей, рождённых вне медицинских учреждений. Кто-то раскопал, затем волна перепостов, законопроект замят, кому-то дали по шапке.
Основной вывод. Не бывает полностью декоративных конструкций. Если в потёмкинской деревне селятся люди, она перестаёт быть потёмкинской. Если последовательно соблюдать даже довольно пустые ритуалы, они становятся осмысленными. Не пренебрегайте избирательным правом и прочими механизмами легального влияния на государство.

10. Даг Бендоу, бывший помощник Рейгана по спецвопросам. Почему свобода выше коллективизма и национализма: сохранение свободы способствует всеобщему процветанию.
Здесь мне даже слушать было неловко: набор совершенно прописных банальностей, за всё хорошее (свобода) против всего плохого (традиционализм, коллективизм, национализм). Когда перешёл к конкретике, стало немного интереснее.
- признал, что США не станут воевать с РФ, иначе как санкциями.
- признал, что ЕС тем более хрен раскачается на прямое силовое воздействие, даже если гибридную войну начнут вести против членов НАТО.
- признал, что влияние США в ближайшем будущем продолжит падать, увеличится роль национальных элит.
- недоумевал, с какой стати США должны впрягаться за богатые страны. Я, говорит, понимаю, зачем было в пятидесятых воевать за Южную Корею, но сейчас у неё ВВП в 50 раз больше, чем у Северной, так неужели сама не справится? Надоело быть в каждой бочке затычкой и оплачивать эту дурь из своих налогов.
Также очень удачно ответил на вопрос. Парень рассказал, что очень точно помнит со школы, когда в России резко изменилось отношение к США: когда те принялись бомбить Югославию. Вторая волна антиамериканизма – ввод войск в Ирак. И нам, говорит, либералам, было очень трудно поддерживать Штаты в подобной ситуации, так что, если вы хотите, чтобы либерализм был популярен в мире, умерьте свою внешнюю политику. Мистер Бендоу на это ответил, что либерал может сколько угодно поддерживать внутреннюю политику США, но он совершенно не обязан автоматически поддерживать их внешнюю политику – в ней полно ошибок и просчётов. Это прозвучало настолько не по-русски! Надо же, блин, а мы привыкли, что друг – он всегда друг, а враг – он всегда враг. В общем, я в очередной раз почувствовал, что живу в довольно-таки варварском обществе.
В общем, у меня по его словам сложилось ощущение, что США устали от роли мирового лидера, а Маккейн воспринимается скорее как псих-одиночка.

11. Иван Варенцов, фонд содействия защите здоровья и социальной справедливости. Наркополитика – подход в России и международные тенденции.
Честно говоря, после Розова с Никоновым у меня есть вполне сложившееся мнение о наркополитике, общелибертарианский взгляд на неё тоже секрета особого не составляет, а детали того, какие именно безумства вытворяет Россия ещё и в этой области, меня интересовали слабо, да и о них после Латыниной с Ройзманом тоже уже было достаточно стройное представление. Так что здесь я слушал в пол-уха.
Основной посыл доклада: в мире постепенно складывается отношение к наркомании, как к болезни, а в России до сих пор, как к преступлению. Фонд занимается вычёрпыванием моря чайной ложкой, результаты работы близкие к нулю, влияние фонда на законодательный процесс – аналогично.
Пожалуй, единственная конкретная деталь показалась довольно красноречивой. В Украине, как и много где в мире, действует программа заместительной терапии. На территории Крыма таких наркоманов было примерно 800 человек. После аннексии первое, что сделал РСКН – закрыл программу (в РФ её нет), не дал возможности плавного слезания с иглы – в общем, они по большей части пересели обратно на нелегальный героин, 20 человек уже умерло.

12. Михаил Пожарский, журналист. Чем заманить людей в политику?
Выдал очень долгий экскурс в историю и теорию демократии. Справедливо указал, что она отлично работает в малых группах, даже без применения насилия, чисто на общественном порицании или уважении. В крупных же коллективах вкладываться в общее благо невыгодно. Отсюда делает логичный вывод, что народу должны быть интереснее местные выборы – ну так это же в условиях федерализма, когда у местной власти есть власть. Также отмечает роль политтехнологий – что никто не читает программ, предпочитают простые лозунги, эпатаж и карнавал.
В общем, невнятный доклад, который худо-бедно отвечает на вопрос, чем заманить, но не отвечает, зачем. Об этом я и поинтересовался у докладчика:
Вопрос: Либертарианцы все как минимум минархисты – зачем им вообще лезть в политику, если государство для них зло по определению, и уж тем более в существующей форме. Достаточно просто вести себя так, как будто государства (реплика с места – это эскапизм, я уточняю, что отнюдь, это стратегия, рекомендуемая таким авторитетным классиком, как Айн Рэнд в своём бессмертном дамском производственном романе). Я вот раздумывал, не вступить ли мне в Либертарианскую партию (Андрей Шальнев сидел рядом с докладчиком, это был реверанс в его сторону), а потом рассудил: на хрена? Что я буду с этого иметь? В лучшем случае ничего, в худшем проблемы с государством.
Ответ: Во многом я с вами полностью согласен, правда, в отличие от вас, я таки вступил в Либертарианскую партию, благо это делается несложно и через интернет. Однако, если просто вести себя так, будто государства нет, в конце концов оно придёт и наденет наручники.
Тут мне бы постфактум хотелось прокомментировать, что по статистике гораздо чаще наручники надевают именно на тех, кто политикой занимается, так что аргумент мимо кассы.
За этот вопрос (я считаю его более слабым, чем предыдущие два) я внезапно и оказался награждён – на фоне отчётливо более слабой третьей секции хоть сколько-то провокационный вопрос, хотя, опять же, менее провокационный, чем предыдущие два, оказался лучшим.

В общем-то, если Либертарианская партия и дальше не будет лезть в большую политику, а ограничится организацией подобных чтений, дебатов, дискуссионных клубов и прочей общественно-просветительской деятельностью, то я совершенно не против и впрямь в неё вступить.
На этой пафосной ноте я и завершаю свой многодневный трындёж.

URL
   

Все зло - от недостоверной информации

главная